Первый сексуальный опыт

Первый сексуальный опыт у меня случился в зрелом возрасте из четырёх с
половиной лет. Сексуального партнёра выбрать не получилось, так как он
выбрался сам. Им стал мальчик с соседней дачи под названием Сашка, который
был категорически умудрённый опытом пятилетний мужчина.

Сашкины родители работали в странном месте — УПДК, поэтому у них была дача,
похожая на дачу (а не как у нас), машина, видеомагнитофон и порнофильмы. Ещё
у них был второй сын с оригинальным названием Дима, ещё старше Сашки. Старый
пердун этот Дима был, по-нашему если сказать. Четырнадцатилетний.

Мы с Сашкой по всамделишному думали, что Дима скоро умрёт, поэтому заранее
делили его пожитки на наследство. По всему выходило, что Сашке достанется
мотоцикл Ява, а мне ручная жаба Дашка в трёхлитровой банке и набор вкладышей
от бубль-гума Дональд Дак. Правда, Дима и не думал умирать, а наоборот
чувствовал себя хорошо, смотрел порнофильмы, курил потыренные у егойного
папы сигареты Мальборо и бедокурил, посему мы с Сашкой только облизывались
на Димины пожитки и ябедничали про то, что он курит сигареты, родителям.

В отсутствие мотоцикла и жабы нам с Сашкой ничего больше не оставалось, как
играть со спичками рядом с газовыми баллонами, поскольку мы были слишком
старые, чтоб считаться детьми, которым спички не игрушка, а также показывать
друг другу письки. Если мне сейчас хоть кто-то скажет типа <фу, как
неприлично>, то я тогда обижусь и ничего больше рассказывать не буду. Тем
более что письки показывать — совершенно святое дело. Кто не показывал, тот
село неасфальтированное, и я тогда с вами не дружу.

Как-то раз, когда мы стояли с Сашкой по углам, застуканные в момент игры со
спичками, Сашке пришла в голову замечательная идея.

- Машк, ну их, этих родителей! — сказал он, обиженно ковыряя нос, — Они
ничего в детской жизни не понимают! Давай сами родим себе ребёнка и будем
его правильно воспитывать!
- Давай! — поддержала я, — А это как? В капустке у нас ещё не поспели дети.
Я проверяла.
- Вот ты: — восхитился Сашка моим незнанием предмета, — Про капусту это они
всё врут специально. Надо еваться.
- Ой: — окончательно расстроилась я, оскорблённая родительским коварством, —
А еваться, это что?
- Ну, ты тёмная: Еваться — это когда дядя на тётю ложится, потом подёргается
немножко, а через год у них получается ребёнок.
- А ты откуда знаешь? — пристыжено заинтересовалась я.
- Да Димка рассказал, когда из-под стола меня вчера вытаскивал. Он фильм про
это смотрел. Познавательный — объяснил Сашка, потирая подозрительно алеющие
уши.

И мы приступили к делу. Для начала мы разделись до трусов и посмотрели друг
на друга критически. Картина была обычной: на Сашке, обвисшие на жопке,
трусики в цветочек, на мне — панталоны в полосочку. Ничто, казалось бы, не
должно было помешать нашим планам.

Попрыгав на моём животе минут пять, Сашка очень устал и сказал, что больше
не может. Сплющенная я, с радостью согласилась закончить, и мы сели ждать,
когда вырастет живот.

Прошло десять минут. Живот не рос. Мы потрясённо переглянулись и поняли, что
что-то прошло не так.

- Блин! — звучно стукнул себя по лбу Сашка, — Я забыл совсем. Тебе ж кричать
надо было!
- Зачем это? — удивилась я, — Больно должно быть, что ли? Как укол?
- Да нет, вроде не должно: — неуверенно отозвался Сашка, — Наверное, так
просто надо.

Сашка взгромоздился на мой и так весьма выдающийся живот и опять заёрзал.
Заботливо скормленная мне бабушкой клубничка тут же попросилась наверх, и я
не в шутку заорала.

- Ты чего? — недовольно спросил Сашка, утирая пот со лба жестом
стахановца, — Знал бы, что это так сложно, ни за что б не стал еваться!
- Сашк, наверное, уже получилось всё: — заскулила я, — И вообще, чего так
несправедливо — ты сверху, а я снизу. Так и помереть недолго, а я всё-таки
молодая совсем.
- Ну ладно! — смилостивился Сашка и сполз с моего живота, — Теперь уж точно
всё.

Мы подождали ещё минут пять. Живот не рос. На этом самом месте Сашка
предположил, что еваться надо без трусов, и мы уже начали стягивать с себя
портки, как тут появилась бабушка.

- Так: — сказала бабушка и зачем-то схватилась за сердце.
Мы с Сашкой сообразили, что углами вот так запросто не отделаться, поэтому
подтянули трусы и бросились от бабушки наутёк, если не сказать больше — как
русские гончие.

Через пару часов нас отыскал Сашкин дедушка не без помощи ризеншнауцера
Памира. Подлый Памир нашёл нас в кустах и сдал дедушке с потрохами.

Из кустов мы выходили в позе партизан, окружённых немцами: с высоко
поднятыми руками и гордо выпяченными грудями. Лица мы сделали решительные.
Сразу было понятно, что пора расстрелять, т.к. ничего не скажем.

Дедушка, вопреки ожиданиям, расстреливать нас не стал. И ругать тоже. Вместо
этого он утаил нас в сарае и накормил блинами с вареньем, а Димке дал
затрещину за дезинформацию младших по званию.

Вот так вот я чуть не родила себе ребёнка

Оцените запись

Поделитесь записью:

Добавить комментарий