I believe in…

США, вторая половина 19-го века

— Сэмми, давай спать. Поздно уже, — Джейн погрозила сыну пальцем.
— А Болтун когда вернётся? — семилетний сорванец во что бы то ни было хотел потянуть время.
— Сегодня поздно, сколько раз я тебе говорила, чтобы не называл его Болтуном?
— Но его так все зовут.
— Все пусть зовут, но для тебя он папа!
— Да и я, когда вырасту, буду таким же как он, — пацанёнок поднял руки и сделал несколько ударов в воздухе.
— Ложись давай, — Джейн потрепала сына по голове, но по её лицу пробежала тень беспокойства.

Она никогда не могла уснуть, когда у Болтуна Рунни был бой. Они и повздорили здорово, перед тем как он уходил. Джейн никогда не понимала этого мордобоя, который Рунни называл "боксом". С одной стороны, было приятно, что его знает и им гордится весь квартал, с другой стороны — она безумно боялась за мужа. Боялась и не понимала, зачем ему это нужно. Рунни любил повторять, что бокс это спорт английских аристократов, тут она была с ним совершенно согласна, спорт — удел богатых, они же простые рабочие, выходцы из Ирландии, которые еле сводят концы с концами. Ладно богатым делать нечего и они развлекаются, устраивают товарищеские встречи. Но зачем это ему, после изнурительной работы на фабрике? Что ему дают все эти бои, эти победы? Зачем это нужно? На этот вопрос он ответить не смог, по крайней мере, перед тем как выходил из дому. Он вообще был немногословен, за это и прозвали его в шутку Болтуном. Хотя кличка уже давно потеряла свою насмешливую окраску, Болтун — звучало гордо, по крайней мере в их небогатом квартале.

Рунни осторожно двигался по кругу, противник был очень силен. Высокий итальянец, очень быстрый, с длиннющими руками, он предпочитал дальнюю дистанцию. Рунни же нужен был ближний бой. Поединок длился уже минут двадцать и продлится пока один из них не окажется в нокауте. Толпа, образовавшая импровизированный ринг, бесновалась, одни поддерживали Рунни, другие — итальянца. Нет, Рунни их не слышал, он видел только чёрные глаза итальянца, тот тоже пришёл побеждать. Ныла правая скула, но это пустяки, сейчас нет ни болельщиков, ни боли, только злобные угольки глаз перед ним. Итальянец сделал ложный выпад, тут же второй, Болтун сделал вид, что поверил, противник перешёл в атаку. Не уклонятся от ударов, только закрываться и блокировать! Итальянец поверил, почти обрадовался. Посыпались удары, один за другим, быстрые, сильные, но все в защиту. Толпа уже почти ликовала, ирландцы недоумевали, почему Рунни не отвечает. Очередной боковой от итальянца, только это и нужно! Болтун ныряет под руку и одновременно, огромным шагом разрывает дистанцию между ними, казалось бы шагает навстречу своему поражению. В глазах итальянца еще успела мелькнуть надежда на клинч и вмиг погасла. Рунни стоял среди круга зрителей, опустив руки. Гробовая тишина прервалась сначала выкриком: "Проклятый ирландец!" и тут же, воплем восторга его поклонников. Болтун окинул взглядом толпу. Eсли во время боя он никого не видел и не слышал, то сейчас случилось другое: пропал дощатый барак, исчезли грубые лица рабочих, тусклый свет и тот уже казался другим — ему казалось, что он на вершине мира, что стоит, победоносно подняв руку, в элитном лондонском клубе, что горят, переливаясь сотнями огней, хрустальные люстры. Несбыточная мечта, но он жил в ней в это мгновение…

Болтун, сопровождаемый самыми верными своими поклонниками, шёл домой. Его без конца поздравляли, похлопывали по плечам. Он же только слегка кивал и улыбался в ответ разбитыми губами. Завтра, уже завтра, как и каждый раз после победы, легенды о бое разлетятся по кварталу. Его имя будут повторять ирландские мальчишки, будут смешно сутулиться, копируя боксёрскую стойку, и спорить, кто из них больше похож на Болтуна Рунни. И пусть права жена, пусть спорт только развлечение, пусть это не даёт ничего кроме того, что его имя будут опять повторять бесконечно, но почему-то ясно пришло понимание того, что так не будет оставаться вечно. И ответ на её вопрос тоже стал яснее ясного: "Мне это нужно потому что это даёт мне веру, веру, что я на что-то способен, веру в завтрашний день!"

Другой материк, наши дни

Андрей заканчивал очередной креатив, когда в комнату вошла его жена:
— Ну сколько можно писать эти рассказы?! Давно уже спать пора, ну нельзя же так…
— Сейчас, сейчас, мне только закончить надо.
Лена подошла сзади и положила руки ему на плечи:
— Слушай, вот все хотела тебя спросить, ну зачем тебе все это? Вот сейчас напишешь, завтра будешь отзывы смотреть каждые полчаса, ругаться будешь, потому что опять разворуют твой рассказ на десятки сайтов без твоей подписи. Ну а смысл? Зачем? Это же не твоя работа, это так, хобби, развлечение…
Андрей улыбнулся и потерся щекой о руку жены:
— Не знаю даже… Даже не знаю, — он слегка задумался, не отрывая взгляда от дисплея.
— Ну а всё же? — жена слегка улыбнулась, Анрей вдруг встрепенулся, оторвал взгляд от монитора и посмотрел ей в глаза:
— Ленка, ты гений! Я знаю, конечно же знаю! — его пальцы уже сами выстукивали заключительную фразу креатива: "Потому что я верю! Я верю в завтрашний день!"

IKTORN

I believe in…
Оцените запись

Добавить комментарий