Матрица

Нео привычно закрыл глаза, как делал всякий раз, когда хотел сказать: «Ебал я в рот вашу реальность!», а окружающая действительность травмировала его чувство прекрасного.

Морфеус привычно воткнул иглу.

Тринити привычно закончила предполетный прощальный минет Нео и, сплюнув на пол, повернулась к капитану:
— Что ты придумал на этот раз, черномазый?
— Яичницу с беконом, Подстилка Избранного.
— Не шути со мной. Я только что отсосала у Избранного. Моими устами глаголет истина.

Морфеус оглушительно пернул:
Избранный вчера отымел меня в задницу. Я до сих пор пержу мантрами.
— Ладно. Один-один. Какой у тебя план?
— Шишек не дам. Шишки для Избранного. — Морфеус благоговейно посмотрел на Нео.
— Сука, что ты придумал, тупой нигер? – взбесилась Тринити.
— А… Ты об этом… — Морфеус принял задумчивую позу – Я был у Пифии…
— И?
— Охуенные печенки!
— Баран. Что она сказала?
— «Хочешь пече…» Нет, нет… Она сказала: «Изучи врага своего». Вот. Вначале я решил, что речь идет о лобковых вшах, но только сегодня мне открылся истинный смысл ее слов, когда я смотрел, как ты механически сосешь у Избранного.
— Но-но!
— Ну, хорошо. Изыскано механически сосешь у Избранного.
— И что тебе открылось?
— Наши враги – машины. Надо последовательно загружать Ему схемы-программы роботов, от низшего к высшему, он будет знать их подноготную, он порвет их изнутри, он вывернет их наизнанку! Он… — глаза Морфеуса горели, рот непроизвольно дергался, пена капала с губ – Он засунет Матрицу ее Архитектору в задницу!
Тринити задумалась.
— Ты уже начал это делать?
— Да. Я закачиваю ему схему самого примитивного робота-пылесоса. Ибо большой Пиздец начинается с малого, как говорил Конфуций.
— Кто такой Конфуций?
— Это Аристотель китайской сборки.
— Опять используешь пиратский софт?!
— Не. Пиз. Ди. — по слогам выговорил Морфеус и окончательно забронзовел, сложив руки на груди…

Нео вошел в Матрицу. Как всегда с заднего хода. Но что-то изменилось. Что-то было не так, как обычно. Но что?..
Боже! Как он раньше не замечал?! Сколько грязи! Сколько мусора! Пыли! Отходов! Беспредельный бардак! Эту Матрицу делал сантехник! Но теперь он вооружен и опасен. Утреннее просветление, закачанное Морфеусом, открыло ему новый взгляд на мир. И взгляд этот был нехорошим…

Нео сел на корточки. Поднатужился. И стал засасывать Матрицу в свою жопу. Свист нарастал, переходя в ультразвук. Словно карточный домик рушились города, автострады, фантомы людей и зданий, синее безоблачное небо, виртуальная земля, несуществующая природа, сминались, сворачивались жгутом и, словно гигантская анаконда, стремительно вползали в задницу Нео. Он покраснел от натуги. Его правая ягодица раздулась, как гигантская, бугристая тыква. Наконец ложный покров был сорван, оголив каменистую пустыню, затянутое пылевыми облаками небо и машины, копошащиеся между небоскребов, заполненных капсулами-батарейками с людьми внутри.
Нео встал и неловко заковылял. Правая, раздувшаяся ягодица перевешивала. Открывшаяся реальность его не радовала. «Непорядок»- подумал он: «Грязи только прибавилось…»
— Морфеус – обратился Нео по мобильнику.
— Да, Нео.
— Закачай мне курс физики по строению черной дыры.
— Нео, Нео! Где Матрица? Что ты с ней сделал, она исчезла с наших мониторов?! – орал в трубку Морфеус.
— Некогда говорить. Слишком много работы. Матрица в жопе. Закачай мне курс.
— Уже…

Нео снова присел на корточки и задумался. Он перекоммутировал мозги. Теперь его внутренний пылесос работал на принципах черной дыры. Вновь раздался оглушительный свист. Каменистую пустыню, машины, облака, а вслед за ними звезды, планеты, галактики и всю видимую материю Вселенной постигла участь Матрицы. Левая ягодица Нео распухла еще больше, чем правая. Оголилась суть Бытия. Суть была непроглядна и неприглядна. НИЧЕГО и НИКОГО. Вакуум. Только Нео, с трудом переваливаясь с ноги на ногу, тащил свою огромную ассиметричную задницу в неизвестном пространстве и времени, если только они еще существовали.
Он задумчиво огляделся и пукнул. Зажглись звезды. «Так оно уютнее» — решил он: «Порядок наведен. Но что теперь?..»

Неожиданно перед ним возник лысый неказистый мужичок.
— Ты кто? – удивился Нео.
— Я – Главный Архитектор Всего и Вся. Так сказать, Председатель Союза архитекторов.
— А почему ты до сих пор не в заднице?
— Экий ты дебил, однако… – хмыкнул Архитектор. – Как я могу быть в заднице, если я придумал всё, в том числе и твою задницу?
— Забавно… Значит теперь есть только Ты и моя задница, не считая пары сотен звезд?
— Ничего забавного. Меньше всего я мечтал видеть творение своих рук у тебя в заднице.
— Но я же Избранный!!!
— А я тогда кто?! Хуй с горы? Ты избран старым наркоманом Морфеусом, долбанный торчок!
— Что же ты не предотвратил?
Мужичок сокрушенно пожал плечами.
— Я, сука, слишком добрый… И потому не буду мучить тебя выбором… — Он раскрыл ладони. В одной лежала синяя таблетка, в другой красная. – Жри обе.
Нео проглотил таблетки:
— Что это?
— Слабительное, сукин сын.

Нео ощутил мучительные спазмы в животе. Он даже не успел присесть, как содержимое обеих ягодиц, смешиваясь, бурным потоком вырвалось наружу, заполняя Пустоту.
Через два часа Нео обессилено стоял на карачках в районе Централ Парка. Порванные в лоскуты штаны были в фекалиях. Рядом стоял мужичок.
— Боже я, Боже… — удрученно произнес он – А когда-то мне понадобилось на это семь дней…
Нео, оглянулся вокруг, с трудом приходя в себя. Между небоскребов Манхеттена бродили огромные машины-собиратели. Синее небо периодически подрагивало, как от помех, на секунду обнажая другое, серое, клокочущее вихрями. Люди вперемежку с терминаторами и киборгами ходили по улицам, жрали в ресторанах и занимались любовью на лужайках. Капсулы с человеческими зародышами лежали в витринах супермаркетов, обещавших сезонную скидку. Огромный уличный монитор транслировал предвыборные дебаты, в которых суперагент Смит в образе Обамы и Маккейна спорил сам с собой.
— Блядь, какой винегрет – опять произнес мужичок – Как теперь в этой куче говна отделить настоящее от ненастоящего, реальное от мнимого… Всё, я умываю руки, разбирайтесь сами…
И зашагал прочь. Нео, кряхтя, поднялся на ноги и набрал номер.
— Морфеус?
— Да – странно тонким голоском ответил тот.
— Я возвращаюсь.

Нео открыл глаза. Он сидел в трусах в шезлонге на берегу бескрайней помойки, по которой словно корабли плыли бульдозеры.
— Морфеус?!
— Я… — отозвался Морфеус грудным контральто.
У него была голова Тринити и ее сиськи.
— Тринити?!
Тринити качнула черным лысым черепом и могучим торсом.
— Что за хуйня? – обомлел Нео.
— Ерунда. Побочки. – улыбнулся Морфеус-Тринити. – Эксперимент, можно сказать, удался. Матрица перезагружена, пусть и через жопу. Но реальность вышла наружу. Местами…
— Да насрать мне на Матрицу! – разозлился Нео. – Кто мне будет делать минет, и кого я буду трахать?
— Разберемся – бодро ответил Морфеус. – Главное — не останавливаться на достигнутом! Завтра я тебе закачаю программу стиральной машины и камнедробилки…
Нео сплюнул под ноги. В песок упал алмаз.
— Знаешь что… А закачай-ка ты лучше себе! Учебник по психиатрии, долбанный гермафродит…

Из недр океана-помойки вынырнул кашалот и заглотил с разбегу один из бульдозеров. Солнце медленно садилось на востоке…
zooch

Матрица
Оцените запись

Добавить комментарий