Архив метки: Армия

24 февраля

Сидели тут давеча с другом, он случай забавный рассказал, коим и хочу поделиццо.
В далекие студенческие годы учился друг неважно в каком заведении, но заведение относилось к разряду военно-морских. И как-то так получилось, что был у их группы семинар. Ну, знаете, у студентов такое бывает — ходишь-ходишь на занятия, там лекции и лекции, а тут бац — и семинар ни с того ни с сего. И, как завещал великий Мерфи, обычно это выпадает аккурат на постпраздничные дни. Так случилось и в тот раз. 24 февраля, в аудитории сидят курсанты, на 99 процентов с похмельным синдромом. Ну, то есть сидят только те, кто предварительно вставил за шиворот швабры, остальные распластаны по партам и столам грузом стыда за удачно отмеченный праздник. Заходит бодрый и свежий преподаватель, который своим видом только добавляет угрызений совести аборигенам. Ну и, разумеется, вместо того, чтобы предложить бедолагам опохмелиться и немного поспать, открывает журнал и начинает бегать пальцем по списку, желая найти жертв для опроса по заданной теме. Вначале палец остановился наверху.
- Архипов!
Встает один, на лице написано большими буквами — жизнь удалась, но не сегодня.
- Я не готов…
- Ну постойте немного, подумайте, может вспомните чего, — палец продолжает грозное движение по фамилиям.
- Кирсанов!
Встает второй, в том же ряду, с соседнего места.
- Я тоже не готов, извините.
- Стойте, думайте над своим поведением, — палец метнулся к концу списка, — Шумин!
В Читать далее

Оцените запись

Чисто конкретно раельная история про армию

Диме Морозову посчастливилось родиться в 1966 году. Оценил он это особенно остро в 1984, когда учился на первом курсе филфака в Универе. В тот год Министр Обороны Советского Союза, маршал Устинов, встав спозоранку, издал указ — студентов в армию брать, не важно с какого курса! А когда он дембельнулся в 1986, тот же маршал, видимо перед сном, передумал, и отменил свой же указ. Ну, повезло. Действительно, повезло. Никогда в последующие годы Дмитрий не жалел, что посетил сии чудесные места. Где бы еще набраться таких задорных впечатлений? Вот именно…

И тогда, в 84-ом он не шибко расстроился. В его родном городе не принято было косить, как и вообще в провинции. Многие друзья и родственники уже сходили или ушли, или собирались. Вот и он засобирался. А пока сдавал летнюю сессию, пил пиво с друзьями и катался на скейтборде рыбинского производства (кстати, первые скейтборды, появившиеся в Совке, и очень даже неплохого качества). Единственно, что его озадачило, так это то, что в военкомате его папку по непонятным причинам отложили на осень. Нет уж, фигушки, прийти из армии и сразу за парту?! Как известно, дембель в маю, всё… хорошо, и лето целое впереди, чтобы прийти в себя. Пошел и добился, чтоб забирали сейчас, в июне, после сессии. Подполковник был даже озадачен таким рвением.

Не остановило его даже то, что в аккурат за две недели до войны… то есть, до армии, он познакомился с прекрасной девушкой и между ними мгновенно вспыхнула та огромная, всепоглощающая любовь, на которую только и способно юношеское сердце, и он готов был хоть завтра в ЗАГС. А что, рассудил Дима, отслужу, вот и проверим, а там и видно будет. И с легким сердцем отправился на службу в ряды тех самых, вооруженных сил…

Собрали их на призывном человек пятьдесят, все студенты разных курсов и факультетов Универа, все с бодуна, но веселые. За забором родственники плачут и поют, а у них впереди дальняя дорога, как обьяснил танкист-майор, в Чебаркуль на Южный Урал, в учебку. Да хоть в Зимбабве, водка — с собой, рюкзаки забиты домашней едой, гуляем мужики! Ехали весело, с пересадкой в Свердловске, где полдня они бродили по городу, прощаясь с гражданкой, пока не оккупировали местный ресторан. Почему-то была такая думка, что в армии деньги ни к чему и, чтоб не пропадали, надо грохнуть все. Когда уже все напились, Дима запомнил только одну деталь, как старший в их группе, которому исполнилось двадцать шесть лет и у него была жена с ребенком, кричал через весь длинный стол: "Мужики, налегайте на траву, жрите зелень, в армии-то витаминов не будет!" И все послушно жрали петрушку с сельдереем, запивая водкой.

< Читать далее

Оцените запись

Запись опубликована автором в рубрике Без рубрики с метками .

Как полковник Крокодил от малярии лечился

Служба военным советником только кажется легкой и простой – ходи себе и советуй, и на машине тебя возят и кормят и поят и слушают, рот открыв. Возможно, так оно и есть, где-нибудь в Грузии, где рассекают на Хаммерах американские «миротворцы». В Анголе, там, где служил военным советником мой отец, было все совсем по-другому.
Частенько случались длительные командировки в такую глухомань, что даже трудно словами описать, но, привычный к трудностям, Коронел Жакарэ никогда не жаловался. В этот раз полковника Крокодила, вместе с переводчиком, отправили за 700 километров от столицы страны в «город» Матало. Население этого богом забытого места составляло около 10 000 человек, проживающих в основном в глинобитных хижинах с соломенными крышами. В городе не было даже электричества, что там говорить о телефонах, водопроводе и канализации. Жуткое место. Рассадник смертельных болезней. Но Крокодилу было не привыкать.
Вместе с ним, в качестве провожатого, отправился ангольский генерал, имеющий при себе сокровище – спутниковый телефон, единственную связь с внешним миром. Однако, как только самолет приземлился и все из него выгрузились, генерал заявил:
- Вот что, Крокодил. Тебя сейчас встретит здешний командир части, устроит тебя, покажет чего и где, будешь его учить. А я уезжаю.
- Куда?
- В свое племя, давно я там не был, – генерал белозубо улыбнулся, запрыгнул в джип и исчез в облаке дорожной пыли.
- Что ж, будем осваиваться, — решил мой отец.

Две недели он добросовестно учил чернокожих бойцов стрелять из минометов и орудий, показывал и рассказывал устройство оружия, проводил полевые занятия. В общем, вошел в ритм местной жизни сразу и без особенных проблем. Отсутствие обыкновенных бытовых удобств, конечно, мешало, но не настолько, чтобы поступиться своими обязанностями. Так бы, скорее всего, было бы до самого конца командировки, пока однажды утром отец не смог самостоятельно встать с постели: его разбила невероятная слабость, тошнота, бил постоянный, изматывающий озноб.
- Денис! – позвал своего переводчика отец, — Денис, я себя что-то неважно чувствую.
Д Читать далее

Оцените запись

Запись опубликована автором в рубрике Без рубрики с метками .

ГРАМОТНО СФОРМУЛИРОВАННАЯ ЗАДАЧА ИЛИ 30 см ОТ ПОЛА

Все-таки до чего наша армия интересная штука, какое-нибудь, неверно сказанное слово или неграмотно сформулированная просьба, что в обычной жизни будет выглядеть, ну глупо, ну нелепо и не более, в армии может приобрести настолько искаженный вид, и последствия могут быть настолько серьёзными…

Вот, к примеру, служил у меня в роте один солдат, по имени Женя, по фамилии Фанин. И был он человеком настолько дисциплинированным и настолько исполнительным, что, казалось бы, радоваться надо, но, как говорится – в природе должен соблюдаться баланс. Женя был человеком, мягко говоря, недалеким, в свете чего, его исполнительность граничила с преступностью, и грань эта была весьма и весьма тонкой.

Скажешь Жене – «Женя возьми лопату и копай траншею: глубиной пол метра, по ширине – на штык лопаты и длинной – десять метров». Женя возьмет лопату, рулетку и сделает все в точности, как было сказано. Но не дай вам бог упустить хотя бы один параметр, например длину. В этом случае Женя копал до тех пор, пока не кончался мягкий грунт, после чего откладывал лопату в сторону, брал в руки кайло и начинал долбить бетон взлетно-посадочной полосы.

Или вот ремонтируешь, допустим, ворота КПП, которые, днем ранее, бравые военные водители снесли в очередном патриотическом порыве, когда пытались на ЗИЛ-130 заехать в автопарк, не снижая скорости, ювелирно так сказать. И вот ремонтируешь ты их, точнее контролируешь, как его ремонтирую эти самые «горе-шумахеры», ну и говоришь Жене – «Женя дерни ворота за верх, на себя». И даже глазом не успеваешь моргнуть, как Женя с ловкостью макаки залезал на ворота, дергал их на себя и исчезал в клубах пыли, накрытый металлическим полотном.

Тем не менее, пик Жениной славы пришелся на весну 1996 года. Тогда к нам прилетала очередная комиссия из Москвы, и как всегда готовилось большое построение с проверкой внешнего вида, хождением строем и с песней, короче со всеми надлежащими данному действу ритуалами. По этому случаю всем солдатам выдали новое обмундирование со склада и отправили в увольнение, дабы они дома спокойно привели себя в порядок, в соответствии с требованиями устава. Наш герой тоже получил новое обмундирование, но с одним маленьким нюансом – шинель была ему не по росту – длинной она ему была. Поглядев на чудо в перьях Женю в шинели, старшина хмыкнул и произнес – «Скажешь мамке, что бы шинель тебе укоротила, чтоб как по уставу – 30 см от пола была. Понял?» Женя кивнул головой, расписался в журнале и довольный ускакал в увольнение.

В Читать далее

Оцените запись

Запись опубликована автором в рубрике Без рубрики с метками .

Призывная комиссия

Гриша получил повестку весной, когда уже стояли тёплые деньки, и его пьяная компания выползла из зимней спячки на призаборные лавочки культурно развлекаться. Развлекух в Российской глубинке мало, но они есть. Пить мутный самогон, бить друг-другу в кровь ебальники и орать матерные песни под нихера не строящую гитару «бобёр». Последнее, ввиду отсутствия слуха мало кого волновало. Ну и хуле, что играющий знает 2 песни и 3 аккорда, а своими воплями составляет местным помоечным котам ебеническую конкуренцию? Главное, что про жисть и от души! Правда на вопли быстренько прибегал участковый Пронькин и разгонял их всех к ебеням, но местных деятелей подкустового творчества это ебло ещё меньше, — они просто шли в поля, куда участковый ходить боялся.

В общем, отдыхать в Гришиной деревне не только умели, но и любили. К тому же, в колхоз к бабкам-дедкам в скором времени намечался приезд городских блядей на летний выпас. Родители данных особей женского пола, были, как ни странно, в большинстве своём люди образованные и порядочные. Намучившись с чадом за зиму, они сплавляли её в деревню, в надежде, что там не вышедшая умишком дочка хоть как-то пригодится по хозяйству. Наивные не знали, или пытались не замечать, что для их дитятки поездка в деревню означала только смену поёбочной дислокации: от кроватей на блат-хатах до душистых сеновалов под ясным деревенским небом. Бухло становилось подешевле, хуи повонючей, а так всё было зашибись.

Это была отличная новость для всех собратьев по трипперу, который большинство колхозного мужского населения, уже давно намотало от местных давалок в количестве 3-х штук. Для всех, кроме Гриши. Грише предстояло отдавать долг Родине, драя параши где-нибудь на Дальнем Востоке.

Гриша сначала хотел просто подтереться стрёмной бумажкой и забыть об её существовании, но к нему – единственному идиоту призывного возраста из всего колхоза, пришёл лично участковый. Пронькин знал, что такие как Гриша могут только разбазаривать чужое имущество. Причём, неважно где; здесь или в ебенях. Но здешнее было вверено лично ему, а не какому – то гипотетическому прапорщику. Поэтому он и хотел, хотя бы на полтора года избавить родное село от главного претендента на высокое звание распиздяя. Речь была прочитана грозно, внушительно, с демонстрацией пары собственных юбилейных наград вообще, и мозолистого кулака в частности. К тому же, Гришина мама тоже втайне надеялась, что в рядах вооружённых сил РФ сынке если ни не вколотят ум, то хотя бы вышибут дурь.

Так что, как ни крути, приходилось Грише на полтора года забыть про местных блядей и ёбнутых сотоварищей. В душе он надеялся, что родственных душ и сладостных дырок он найдёт и там, но более реальная перспектива стирать портянки «дедушкам» не по хуйне тревожила его душонку. Откосить от армии ему не представлялось возможным. Денег в семье было мало, да и не дала бы их на такое дело мамка, перекрестившаяся в жизни всего 2 раза: на свидетельство о смерти мужа – алкоголика и на повестку сына – продолжателя папиных традиций. Перспектива оторвать себе яйца, чтобы откосить по инвалидности тоже не катила, а в остальном Гриша, воспитанный на свежем воздухе и парном самогоне был здоров как колхозный племенной бычара — Гришин тёзка.

И Читать далее

Оцените запись

Служба

Дело было в армии в конце 80-х. Я занимался обслуживанием систем сигнализации и связи внутри самой части. И вот как-то поступила команда менять кабель на одном из постов караула. Мы с напарником к командиру нашей ремонтной роты — давай, мол, кабель. Тот мнется, мямлит и становится понятно, что кабель со склада он куда-то забульбенил. Ситуация аварийная, и тут его посещает мысль. «Ребята, — говорит, — от части куда-то в лес идет какой-то кабель. Лежит прямо на земле, стопудово брошенный. Отмерьте сколько вам надо, рубите, тащите и вперед». Мы выходим в лес — да, действительно, есть кабель. Только какой-то не такой — толстый сильно. «Фигня это все, -говорит напарник, — видно более навороченный, чем нам нужен, пойдет».
Мы отошли в лес где-то на километр, я размахнулся топориком -…! Как остался жив — не понимаю до сих пор: кабель оказался силовой 380 вольт, шваркнуло так, что только держись, ухи заложило как от взрыва, от топора какие-то ошметки остались.
И тут мы стали думать. Ротный ведь в кабелях разбирается, он-то точно имел в виду другой кабель. Значит, нужный нам кабель где-то рядом. Походили перпендикулярно силовому — есть, родимый! Остатками топора разрубили, взяли конец и тянем в часть. Подходим уже к забору и вдруг видим, что в части что-то происходит. Выезжают танки, народ бегает с оружием — боевая тревога!

Короче, выяснилось, что варварски порубанные нами кабеля шли на станцию спутниковой связи, расположенную в лесу примерно в 7 километрах от части. Ребята со станции потом говорили: «Сидим спокойно, вдруг пропадает наряжение (рубанули кабель 380 вольт).
Переходим на резервное питание, и тут пропадает связь с частью (кокнули второй кабель). По нашим инструкциям эта ситуация означает, что часть уничтожена. Мы врубаем в эфир „Всем! Боевая тревога!“, хватаем автоматы и занимаем оборону вокруг станции». Полный пи*дец!
Ситуация улеглась только к вечеру, причем выяснить, что произошло, послали нас же с напарником. Мы браво доложили: «Злоумышленники повредили силовой кабель и украли примерно километр связного кабеля.» Сутки после этого в лесу ловили диверсантов. После всех этих перипетий к нам подошел ротный, белый, как простыня от ужаса (он-то понял, что случилось на самом деле), и пообещал нам за молчание все сокровища мира (кои выразились в трехлитровке самогона, двух блоках сигарет и многочисленных
увольнительных).
Самое интересное, что вырубленный нами кусок кабеля мы все-таки положили на связь в карауле — не пропадать же добру! Читать далее

Оцените запись